"Буераки"

С именем последнего представителя рода Острожских, краковского каштеляна Януша, принявшего католическую веру, связан следующий этап в развитии межиричского архитектурного ансамбля. В самом начале XVII века здесь начинаются работы по коренной перестройке замка в францисканский монастырь. В это время с южной и северной сторон Троицкой церкви пристраиваются два равновеликих двухэтажных корпуса монашеских келий. По их четырем внешним углам устраиваются круглые трехъярусные башни с конусообразными навершиями, в чем легко угадываются западноевропейские прообразы. Для обороны во всех трех ярусах башен устроены амбразуры стрельниц с отверстиями, имеющими форму перевернутой замочной скважины. Видно, не полагались полностью монахи на мощь высоких стен, готовились к осаде и в монашеских кельях. На гладкой плоскости стен сочными пятнами читаются небольшие оконные проемы с изящным обрамлением, свидетельствующим о том, что создавший их мастер был хорошо знаком с итальянским Возрождением, особенно с флорентийской архитектурой. Можно допустить, что автором межиричских строений был военный инженер и архитектор Павел Гроздицкий, строивший во Львове королевский арсенал. В отдельных деталях порталов, оконных наличников и сандриков действительно много сходства, а в некоторых элементах и буквального совпадения. Сравнительно неплохо сохранилась отделка интерьеров монашеских келий, особенно ее северного крыла, подновленная недавно в ходе реставрационных работ. На первом этаже обращают на себя внимание оригинальные звездчатые своды с сеткой нервюр, сходящихся к прямоугольной рамке, профилированной иониками и бусами. В замке сводов — сочные резные розетки. Здесь, в залах первого этажа, находились общественные помещения — трапезные, библиотека. На втором этаже по обеим сторонам узкого коридора размещены сами кельи, имевшие непосредственную связь с угловыми оборонными башнями. В местах примыкания коридоров второго этажа к стенам Троицкой церкви были устроены проходы на хоры — дополнительное удобство для «нищенствующей» братии Франциска Ассизского. Как Троицкая церковь, так и кельи не избежали некоторых трансформаций первоначального облика. В самом Троицком храме — это прежде всего серьезная переделка в XVII веке, выразившаяся в устройстве дополнительных стенок между угловыми барабанами со стрельницей и люнетными окнами, что привело к значительному уменьшению высоты среднего барабана из-за повышения кровли. Существуют предположения, что, как и в Богоявленской церкви, своды центрального креста первоначально были отмечены на фасадах закомарами. В XIX веке видоизменился облик келий, которые в процессе перестройки крыши утратили аттик над главным карнизом. В юго-восточном углу монастырского подворья, у самых крепостных стен, расположен одноэтажный хозяйственный корпус, ныне полуразрушенный. Когда-то здесь жила прислуга, а его подвалы использовались монахами под склады продуктов (по описи 1809 года он назван «амбаром»). Венчал постройки довольно высокий, частично сохранившийся аттик в виде глухой аркатуры. Еще в начале XIX столетия подобное здание существовало и в северо-восточном углу монастыря, но позже было разобрано. Сейчас о нем напоминают лишь следы окон и примыкания к оборонной стене. Невдалеке от апсид храма можно осмотреть старый монастырский колодец, необычно большой в диаметре. Знакомясь с монастырем, нельзя не обратить внимания на его стены и башни — удивительно гармоничные в пропорциях и прекрасно дополняющие друг друга. Будто гигантской каменной рамой обнимают они монастырский двор и внутренние строения, образуя выразительную архитектурную «картину». Жаль только, что невозможно сразу окинуть ее одним взором. Несколько выделяется из общего строя надвратная колокольня, устроенная по оси главного входа в Троицкую церковь из-за нехарактерного для стилистики ансамбля барочного покрытия. Возведено оно, по всей вероятности, по верху надвратной башни позже, в первой половине XVIII века, тогда как основной объем башни появился одновременно с остальными монастырскими строениями в 1606— 1610 годы. Все четыре угловые башни двухъярусные, шестиугольные в плане. Высоте первого яруса соответствует высота примыкающих стен, увенчанных фигурными мерлонами в виде полукружий, чередующихся с М-образными, скругленными сверху зубцами. И стены, и башни украшены снаружи выразительным фризом — плетенкой, выполненной в технике сграффито. А венчает башни изящный ренессансный аттик с небольшими круглыми проемами. Выйдя из монастыря через главные ворота и свернув влево, у южной стены, можно увидеть недавно отреставрированную печь — необычное сооружение на четырех опорах с высокой профилированной трубой. В былые времена здесь неподалеку, ближе к юго-восточному земляному бастиону, были резиденция (замок) и «двор» Острожских, исчезнувшие без следа. А печь эта предназначалась, по одним сведениям, для обогрева стражи в холода, по другим — здесь кипела смола для отражения неприятеля, подступавшего к земляным валам со стороны Заславской брамы. Сама брама, полуразрушенная, в каких-нибудь пятидесяти метрах. О том, что она современница монастырских строений, свидетельствуют сохранившиеся фрагменты внешнего портала из тесаного песчаника и стрельницы, обработанные по аналогии с монастырскими. Вторые городские ворота (Дубенские) размещались примерно в середине северного земляного вала. В обе стороны от Заславской брамы расходятся высокие земляные валы, местами еще не утратившие крутизны скатов и, в общем-то, удовлетворительно выдержавшие испытание временем. В сотне метров к югу от Заславской брамы верхняя кромка вала вдруг расширяется, образуя довольно просторную площадку главного бастиона. Отсюда открывается низинная речная пойма, что обеспечивало безусловное преимущество оборонявшимся. Внизу, чуть подальше сельских усадеб, лавируя меж песчаных берегов, несет свои воды спокойная Вилия. А с противоположной стороны, уже в отдалении, из-за верхушек деревьев, невольно притягивая взор, вырастают купола, башни и шатры монастырских построек. В центре этого сказочного силуэта — пятиглавие Троицкой церкви. Обогнув южный угол вала и миновав еще два бастиона поменьше, оказываемся у широкого раскопа, служащего сегодня главным въездом в старую часть Межирича.

Далее »